Вход   Регистрация   Забыли пароль?
НЕИЗВЕСТНАЯ
ЖЕНСКАЯ
БИБЛИОТЕКА

рекомендуем читать:


рекомендуем читать:


рекомендуем читать:


рекомендуем читать:


Назад
Алексей

© Шифрина Юлия 1981

Алексей, мой младший внук, появился в такое время, когда шел самый разгар сессии. И поэтому вместо того, чтобы обрадоваться его приезду, я тревожно спрашиваю:

Что-нибудь произошло?

Ты, я вижу, мне совсем не рада! Ничего не произошло в твоем смысле.

Я силюсь понять, какой такой мой особый смысл, но внук обнимает меня и весело приговаривает:

Здоров. Несколько зачетов сдал досрочно и выкроил три дня...

Тогда молодчага! Превосходно!

Но гляжу на Алешку и вижу, что он не такой, как обычно. Вроде после нашей последней встречи прошло много лет. Какой-то он по-взрослому озабоченный.

Сядь, попей чаю. Ты ко мне прямо с поезда? У родителей не был?

Не с поезда, а с самолета. Прямо к тебе. Хочу с тобой посоветоваться.

Я еще больше тревожусь, но не подаю виду. Какое счастье, если внук решил с тобой посоветоваться! Обычно внуки со мной не советовались. У них одна реплика на любое мое вмешательство: «Ты же, бабуля, жила в прошлом веке, так что...» А тут сам решил...

Ну что, родной?

Ты помнишь, бабуль, у меня был друг в шестом и седьмом классах? Ты тогда с нами жила. Помнишь, Левушка? Курчавый такой и всегда смешил тебя, когда говорил: «Здоровеньки булы».

Он выжидающе смотрит на меня.

Вспомнила? А сестру его не помнишь? Она еще с нами часто ходила. Динка.

Я помнила, но не понимала, что к чему.

Так эта Динка тоже учится со мной в Москве. Мы очень подружились и хотим пожениться.

Помню, конечно, помню, — бормочу я, а сама думаю о том, что мне сказал Алешка. Ему — жениться! Только школу окончил, с таким трудом выдержал конкурс в институт... Что же это такое?

Бабуль, пойми, что эта Динка для меня сейчас самый дорогой человек! Ты помнишь, какая она красивая? С золочеными косами...

Я покорно и томительно молчу.

Ты, верно, все перезабыла? Эх, ты!

Почему же? Помню. Очень хорошая девочка.

Только, бабуль, не надо никаких назиданий, соображений и экономических выкладок! Это все мне еще предстоит дома выслушать, — и, помолчав, добавил: — Ты не думай! Мы будем жить совершенно самостоятельно. Я буду работать и учиться.

Я, не сдержавшись, невольно вздыхаю.

И тут же Алешка взрывается.

Господи! Свободный я, в конце концов, человек или нет? Могу я делать, что я хочу и что должен?

Его голос срывается на крик.

Алешенька! Я ничего не сказала. А что я могу?

Еще вот что: Динка вчера приехала домой, мне надо у нее узнать, как у ней дома насчет женитьбы. Можно нам здесь встретиться? Мне пока домой не хочется, там нарвешься...

Чего спрашивать, пожалуйста!

Динка круглая отличница, — зачем-то добавляет он. Велико было его смятение, если он невпопад заговорил.

Надо что-то приготовить. Я снаряжаюсь в магазин. Иду по улицам, и на меня валятся воспоминания.

Вот Алешенька маленький. Лет шести, семи. Я изредка приезжала сюда. Жила в другом городе. И вот, когда мне собираться в обратный путь, домой, Алешка как сквозь землю проваливался. Его найти было невозможно.

Однажды, скрыв от него день отъезда, я спросила, почему он исчезал. Он ответил:

Я не могу видеть, когда ты уезжаешь.

В этом он весь. Нежный, преданный...

Еще помню эпизод в те же годы его жизни.

Он приносил ежедневно из детсада две-три карамельки, сколько им давали на десерт. Приносил и отдавал их мне, чтобы я тщательным образом складывала их в ящик буфета. Ни разу не промолвился, для чего он их собирает. Один раз я спросила у него.

Сам знаю — мне надо.

Но однажды все выяснилось. Я пришла домой и еще на лестнице услышала истошный крик Алеши. Он стоял на стуле возле открытого пустого ящика и отчаянно кричал. Кто-то забрал его сокровища.

Алешенька, миленький! Я тебе куплю очень много самых лучших конфет.

Но он был безутешен:

Я собирал Лене на день рождения. Я маленький, не могу заработать.

...Когда я вернулась, Алешки не было. Я решила позвонить дочери, его матери.

Ты помнишь, доченька, к вам ходила Динка, девчонка с Левушкой приходила?

Я была уверена: все делаю очень тонко, дипломатично.

А зачем мне ее помнить?

Просто Алешка прошлый раз говорил, что дружит с ней. Я ее хорошо помню. Хорошая девочка. Не звонил Алексей?

Ему сейчас не до звонков. Сессию сдает. Что-либо сдаст — позвонит. А насчет девчонок — рано ему еще голову себе забивать! И вообще, мама, чего ты пристала с этой девчонкой, с Алешкой? Своих дел у тебя не хватает, что ли? Или темнишь чего? Займись чем-нибудь.

Алешка вернулся с Динкой. Что за прелесть девочка! Она светилась молодостью, любовью... Руки у них сцеплены и в лицах у обоих одинаковая улыбка.

Проходите, я жду вас!

Губки вздрогнули. Я испугалась: заплачет сейчас.

Бабушка! — обращается ко мне Динка, и ее милое лицо делается вроде серьезным. — Как вы думаете, бабушка, правильно будет, если мы сейчас поженимся?

А ты как?

Ее вопрос мне сулит надежду, несмотря на всю незащищенность их положения.

Я — как Алеша, — и ее раскрытые глаза обращаются к нему.

Бабуль, ты занимайся своим делом, а мы поговорим с Динкой, — прерывает нас Алешка.

Я ухожу на кухню. И через некоторое время слышу громкий голос Алешки. Дальше — больше, совсем недобрый голос. Я вхожу. Алешка стоит в таком напряжении, словно ждет сигнал к старту. Динка вроде чего-то просит. Руки стиснуты у горла и в глазах слезы. Глаза огромные, как блюдца.

Бабушка! Ты представляешь, — начинает Алеша и принимается ходить по комнате, изредка останавливаясь, — Динка уже согласна со своими родителями. Полностью согласна. Что женитьбу можно легко отложить на год, на два, пока они захотят. Это же предательство! Пожалуйста, ступай к своей мамочке и пусть она подождет, пока нам будет по сорок!

Алешенька! Послушай, это не так. Мне просто жаль маму. Она так плакала. Я еще не привыкла, чтоб мама плакала из-за меня.

Так иди и успокой их! Кстати, и мои родители спасибо тебе скажут.

Алешенька! Неужели надо идти им наперекор? Почему мы не можем повременить? Ведь мы любим друг друга?

Алеша смеется. Деланно и очень зло.

Любовь? Если бы ты любила — ты бы так равнодушно не отказалась от нашего решения.

Алешенька! Ты меня не так понял! Алешенька! Я ничего ведь не сказала!

Не сказала? Ты уже все сказала. И нечего слезы лить! Бабушка! Она не говорит ничего. А только что сказала: если ее родители так болезненно это встретили... Она хотела, чтоб они пустились в пляс! Она просто обыкновенная трусиха!

Его голос ломался от гнева.

Динка в отчаянии пыталась вставить слово, и глаза ее продолжали плавать в непролитых слезах.

Я смотрела на Алешу и была согласна с Динкой. Я не понимала, какое чувство владеет Алешкой. Он беспощадно высмеивал Динку, и она совсем потерялась.

Алексей! — сказала я мне самой не знакомым голосом. — Это не трусость. Это вечная женская мудрость. Это именно и есть любовь. Успокойся! Может быть, и твои родные будут против. Такие вещи так не решают.

Так не решают, — с какой-то грустной недосказанностью повторил Алеша. — Кто знает, как надо решать...

Вскоре они ушли. Вернее, он помог ей одеться и увел ее.

Я вышла посидеть на скамеечку у своего подъезда. Там обычно происходит обмен мнениями между стариками. Ругают снох-злодеек и зятьев-супостатов, сетуют на неблагодарность детей.

Две старушки соседки на меня пытливо посмотрели.

Видела вашего Лешу, совсем кавалером стал, даже ходит уже с барышней. Не невеста ли? — заговорила одна из них.

Я помолчала, потом мотнула головой. И снова мы молчим.

Затем вышла соседка по квартире и сказала:

Телефон ваш разрывается.

Мой старенький телефонный аппарат, казалось, подпрыгивал.

Ты представляешь, приехал Алешка с девушкой и заявил, что решил жениться. Динка нам очень понравилась. Но не жениться же на втором курсе! Был так резок и на нее тоже налетел... Не знаю, что будет? Пусть бы ума хоть немного набрались!

Я понимала, что дочь права... Но сердце болело. Я представила себе, как Алешка ведет борьбу, как одинок в своей борьбе. Мне жаль было его.

И я отвечаю дочери:

А с каких лет умнеют люди?

Что ты, мама, защищаешь его? Ничего не имеет и ничего не может... И женить его! У меня уже нет сил от их женитьб и замужеств. Я не знаю... Черт значет что такое! Никому не втолкуешь...

Алеша вернулся очень быстро. Вошел тихо и устало стал снимать куртку.

Будешь обедать? — чтоб не молчать, спросила я.

Ты только и знаешь: обеды, завтраки, чаи! У тебя никаких других интересов нет, — яростно сказал Алеша.

И я поняла, что ему тяжело и что он еще совсем ребенок.

Отец сказал, чтобы я вернулся к этому разговору через полтора года. И что он против Динки ничего не имеет. Это можно с ума сойти! Я же буду работать. Но это ничего, — продолжал он угрюмо, — самое страшное, что Динка вполне с ним согласилась. Это же махровое предательство!

Но почему махровое? — машинально спросила я. И, спохватившись, сказала: — Ты пойми, ей тяжела будет ссора со своими родителями, недовольство твоих. Перед ней тогда будет стена.

Конечно, прошла по жизни, отгороженная стеклом.

Алеша! Не надо так. Ты же не знаешь жизни... Но ты более смелый, рисковый, ты мужчина!

Теперь уже все равно, мы не помиримся никогда!

Она очень хорошая девочка! Подтвердила, что она и умна, и рассудительна.

А я все равно не согласен.

Когда пришла Динка, я расстроилась. Вид у Алеши был злой, предупреждающий всякую возможность примирения.

Я вышла на улицу.

В комнате довольно громко раздавались голоса, когда я вошла в кухню.

Но это уже лучше, чем молчание.

Ты знаешь, что такое бой? — кричал Алешка. — Это когда каждый должен быть уверен в другом. Ты понимаешь, я не обижен на тебя, я только перестал тебе верить!

Дина сидела насупленная, несчастная и, увидев меня, заплакала в голос и кинулась мне на шею.

Бабушка! Что он такое говорит? Неужели эта ссора навсегда? — Она плакала и доверчиво прижималась ко мне.

Диночка! Все образуется, все образуется... Вы же любите друг друга.

Это я люблю ее, — прервал меня Алеша. — Только я. А она только так...

Нет, это я его люблю, а он совершенно равнодушен.

Какая же это любовь, если надо только слепо подчиняться? Это же не любовь...

Пойдем, Динка, за хлебом, — сказала я, — купим еще что-нибудь вкусное и будем чай пить. А он пускай...

Останься, бабуль, — угрюмо поднялся Алешка, — мы пойдем с ней...

© Шифрина Юлия 1981
Оставьте свой отзыв
Имя
Сообщение
Введите текст с картинки


Благотворительная организация «СИЯНИЕ НАДЕЖДЫ»
© Неизвестная Женская Библиотека, 2010-2019 г.
Библиотека предназначена для чтения текста on-line, при любом копировании ссылка на сайт обязательна

info@avtorsha.com